Тени Античности
![](http://lanostraitalia.by/wp-content/uploads/2016/05/roma.jpg)
Следы Античности щедро разбросаны по Риму. Не всегда мы видим что-то грандиозное, вроде Колизея или Форума. Иногда это древнеегипетский обелиск, поставленный в центре барочной площади. Или остатки древнеримского строения, включенные в здание эпохи Ренессанса. В случае с пьяцца Навона это просто контуры площади, которые отсылают нас к стадиону Домициана, находившемуся на этом месте. Когда встречаешь эти кусочки Античности где-нибудь вдали от условного центра Рима, осознаешь, каким огромным был этот город уже в первые века нашей эры.
«Выйдя из экипажа, я первым делом поспешил на Капитолий и на Палатинский холм. Я не мог сдержать своего нетерпения, не мог наглядеться, не мог насытить свое воображение видом этих мест, свидетелей стольких великих событий»,
— так князь Адам Ежи Чарторыйский, будущий попечитель Виленского учебного округа, вспоминал начало своего визита в Рим зимой 1798-1799 годов. По его собственному признанию, князя практически не интересовали многочисленные христианские святыни и современный ему город, его полностью поглотил Рим языческий, античный:
«Будучи до такой степени проникнут этим величием прошлого, я только о нем и грезил во все время моего пребывания в Риме. Я решил осмотреть все до одного остатки его античной жизни».
В своей страсти Адам Чарторыйский не был одинок. Конец XVIII – начало XIX века стали эпохой всеобщего горячего увлечения римской и греческой классикой в среде европейской аристократии. Выходцы из Польши и ВКЛ не были исключением. За четверть столетия до Чарторыйского Рим впервые посетил молодой Станислав Понятовский, племянник последнего короля Речи Посполитой. Существовавшая мода и его не обошла стороной: Понятовский потратил целое состояние на скупку антиков — древнеримских артефактов. Судя по воспоминаниям современников, значительная часть купленного была подделками, которые находчивые римляне производили едва ли не в промышленных объемах, пытаясь удовлетворить спрос платежеспособных туристов. Справедливости ради стоит сказать, что, повзрослев и набравшись опыта, Станислав Понятовский все-таки сумел собрать уникальную коллекцию, которой могли бы позавидовать профессиональные антиквары.
***
Возможно, для кого-то это прозвучит парадоксально, но сейчас, спустя два с лишним века, сохранность античных памятников гораздо лучше, а интересующийся древнеримским наследием турист имеет больше возможностей утолить свое любопытство. Все-таки во времена Понятовского и Чарторыйского многое еще находилось под толстым слоем земли, научная археология делала лишь первые шаги, а реставраторы, приклеивая отбитые носы и руки к поврежденным мраморным статуям, довольно часто ошибались с атрибуцией.
Сегодня мы не только снабжены более точной и развернутой информацией о сохранившихся и исчезнувших памятниках Древнего Рима, но и благодаря работе археологов можем воочию увидеть многие уникальные архитектурные комплексы. Например, базилику Сан Клементе, устроенную, как палимпсест: под строением XII века прячется раннехристианская церковь IV века, которая в свою очередь скрывает под собой языческий храм богини Митры. Или Большую Клоаку, спроектированную еще во времена первых римских царей, затем засыпанную землей и забытую до 1870 года, когда начались археологические раскопки этого античного коммунального чуда.
При этом на самом деле античность уже мало кого волнует по-настоящему. Толпы людей все еще осаждают Колизей и Форум, но скорее это дань неписаной туристской конвенции – всем, приезжающим в Рим, нужно обязательно зачекиниться в сердце Вечного города и опубликовать селфи на фоне узнаваемого символа города. В этом нет ничего ужасного, все дело в закономерной смене культурной парадигмы.
Основу культурного багажа образованного человека со времен Ренессанса и до конца эпохи Просвещения составляла древнеримская классика: комедии Плавта и трагедии Сенеки, речи Цицерона, исторические труды Тита Ливия и Светония, поэзия Вергилия и Овидия. Кажется, нигде кроме Италии они уже не входят в школьную программу, а потому известны лишь узким университетским специалистам.
Тем не менее, в свой первый более-менее продолжительный приезд в Рим я, почти как Адам Чарторыйский, сразу же после заселения в отель ушел смотреть Колизей и Форум. Владелец гостиницы Ренато, который любезно помог спланировать программу моего знакомства с Вечным городом, предупредил, что я потрачу на них не меньше дня. Стыдно признаться, но у меня получилось управиться с Форумом, а заодно и с Палатином, всего за три часа.
Я с интересом изучил барельефы триумфальной арки Тита. Достаточно живо представил себе, как пленных иудеев ведут по Виа Сакра к Капитолийскому холму, проносят мимо ликующих толп сокровища разрушенного римлянами иерусалимского Храма. Но дальше мое воображение дало сбой, представить себе, как выглядел тогда Форум, оказалось для меня непосильной задачей, даже несмотря на мое профильное историческое образование. Куда бы я ни повернул голову, я видел лишь руины общественных зданий и языческих храмов, фундаменты с трассировкой стен, одиноко стоящие колонны — не больше. Как говорят в подобных случаях, не то чтобы я был сильно разочарован, но точно ожидал «чего-то большего». Конечно, будь у меня под рукой книга Виктора Сонькина «Здесь был Рим», фрустрации можно было бы избежать. Но в те годы этот замечательный путеводитель, по-видимому, существовал лишь в виде авторского замысла.
Кстати, князя Адама Чарторыйского также беспокоил вопрос, как именно выглядел античный Рим в различные периоды своей истории. Он даже планировал заказать цикл из 17 рисунков, которые бы наглядно воспроизвели древнюю застройку, однако реализовать этот замысел у него не получилось.
«Осматривая развалины, изучая авторов, сравнивая все, что они написали о расположении, величине и направлении улиц и памятников античного Рима, я старался представить себе его строение в различные эпохи и нарисовать себе не только его общий план, но также и ряд отдельных картин, со всеми подробностями, например, Тибр, семь холмов, здания и постройки, которые были расположены на них, в том виде, какими они представляются нам в нашем воображении, начиная со времени появления первого здания на Палатинском холме и Капитолии, затем во времена царей и в различные эпохи республики, вначале, когда Рим был построен из кирпича, затем при Августе, когда он превратился в город, выстроенный из мрамора… Я хотел, чтобы моя работа была точна и добросовестна. На это требовалось много времени, расходов и розысков. Надо было наводить справки во множестве книг; надо было руководить антикварием, архитектором и чертежником. Я не сумел окончить мою работу, я только начал ее».
В моем случае правильное, как мне кажется, отношение к античному наследию Рима пришло само собой. Как-то раз, гуляя по капитолийским музеям, я вышел на террасу, с которой открывался потрясающий вид на уже безлюдный вечерний Форум. Красота была настолько самодостаточной, что мне и в голову не пришло пытаться в уме дорисовать картинку того, как все это могло выглядеть в эпоху Августа. Я перестал реконструировать и начал получать эстетическое удовольствие. Позднее я узнал, что именно этот вид на Форум открывается из окон рабочего кабинета мэра Рима, расположенного в Палаццо Сенаторио на Капитолии. Итальянская бюрократия всегда знала толк в жизни!
***
Отношение римлян к собственной старине заслуживает отдельного обсуждения. Существовавшие технологии позволяли древним жителям города строить на редкость прочные здания. Руины, которые мы сегодня видим на месте знаменитых палатинских дворцов, терм Каракаллы и форумов — результат того, что на протяжении всех средних веков эти памятники античности римляне воспринимали исключительно как каменоломни, источник бесплатных стройматериалов. Даже для облицовки самого грандиозного христианского храма — Собора Святого Петра — не пришлось добывать мрамор, его сняли со старых античных сооружений. И если сегодня Рим для вас неразрывно ассоциируется именно с Колизеем, то за это стоит поблагодарить Папу Бенедикта XIV, который в середине XVIII века провозгласил амфитеатр Флавиев святым местом, поскольку его арена обагрена кровью христианских мучеников. (К слову, сейчас версия о том, что язычники массово приговаривали первых христиан к растерзанию дикими зверями, историками не разделяется.)
Как мы знаем, даже для ренессансных Пап и городского нобилитета, которые восхищались античностью, коллекционировали ее произведения, пытались подражать ее эстетике в интерьерах своих палаццо, остатки древнеримской архитектуры не представляли собой самодостаточной ценности. Старые здания либо разбирали, либо перепрофилировали и перестраивали. На мой взгляд, порой получалось очень неплохо, а иногда — вообще гениально.
Например, термы Диоклетиана по проекту Микеланджело превратились в великолепную церковь Санта Мария дельи Анджели э дей Мартири. Несмотря на то, что базилика расположена прямо напротив вокзала Термини, я зашел в нее лишь в свой третий приезд в Рим, выкроив полтора часа перед экспрессом во Фьюмичино. Теперь я понимаю, как много упустил в первые два визита. Пространственное воображение Микеланджело позволило буквально встроить храм в старые помещения терм. Скромный фасад базилики также ни с чем не спутаешь — это вогнутая кирпичная стена, фактически экседра кальдариума (зала с горячей водой), к которой лаконично добавили распятие.
Еще одна оригинальная перестройка — театр Марцелла, заложенный при Гае Юлии Цезаре и завершенный при его преемнике Октавиане Августе в 17 году до н.э. В средние века здание превратили в замок, а в XVI веке архитектор Бальдассаре Перуцци перестроил его во дворец. Несмотря на многочисленные трансформации, два нижних яруса античного театра довольно прилично сохранились. На верхнем третьем ярусе, сильно переделанном, находятся квартиры, которые и сегодня можно снять и использовать как обычное римское жилье. Бонусом арендаторы получают концерты классической музыки, которые частенько проводятся во дворе театра по вечерам.
Ну, и наконец, самая заметная перестройка — мавзолей Адриана, более известный как замок Святого Ангела. Тут от античности остался лишь общий цилиндрический вид постройки и спиралеобразная галерея.
Более бережный подход к старине начал применяться только в конце XVIII века. К тому времени старый римский форум уже превратился в Коровье поле (Campo Vaccino), причем так его называли без всякой иронии. Достоверное изображение этих живописных руин можно увидеть на гравюре Джованни Баттиста Пиранези. Весь XIX век и особенно его вторая половина — это постепенное освобождение древнеримских памятников от толщи земли и бытового мусора, который археологи называют культурным слоем. Местами он достигал 16 м в высоту, подбираясь к капителям колон. Именно поэтому остатки античных форумов сегодня выглядят, как котлованы.
При Муссолини, который был одержим идеей восстановления римской имперской традиции, маятник качнулся в другую сторону. На этот раз сносу подлежали целые кварталы средневековой и ренессансной застройки, которые якобы мешали обзору древнеримских руин. Так появился широкий проспект Виа дель’Имперо (сейчас Виа дей Фори Империали), прорубленный между старым «республиканским» Форумом (Forum Romanum) и Форумами императоров (Fori Imperiali). Попутной жертвой великодержавного зуда дуче стал пьедестал статуи Нерона, стоявший около Колизея (тот самый колосс, который подарил амфитеатру Флавиев его более распространенное название).
Принятые в сегодняшней Италии стандарты отношения к древним архитектурным памятникам предполагают консервацию старины в том виде, в котором она до нас дошла. Муляжей Древнего Рима, отстроенных с фундамента под видом реставрации, мы в Вечном городе не увидим. Так поступает страна, у которого нет комплекса национальной неполноценности, которой никому не надо доказывать наличие у нее «тысячелетней» истории.